В Иркутске прошел всероссийский семинар-совещание руководителей и сотрудников информационно-технических служб таможни

Главная / Новости / В Иркутске прошел всероссийский семинар-совещание руководителей и сотрудников информационно-технических служб таможни

Главная тема - автоматизация работы. Вступление России в ВТО потребует от таможенных органов обеспечения профессионального администрирования. В связи с этим таможня активнее внедряет современные информационные технологии - интернет-декларирование, предварительное информирование, удаленный выпуск товаров и транспортных средств. Почти 100% деклараций уже подается в электронном виде. Однако участники ВЭД отмечают большой объем дополнительных документов, необходимых при экспорте и импорте товаров. Так сколько "бумажных" документов надо прикладывать к декларации?

Петр Баклаков, начальник Управления торговых ограничений, валютного и экспортного контроля Федеральной таможенной службы: Это зависит от вида и категории перемещаемого товара. Таможенным кодексом Таможенного союза установлено тринадцать видов документов, которые должны быть представлены при декларировании. Это общемировая практика - для подтверждения сведений, указанных в таможенной декларации, должны быть представлены документы. На их основании заполняется декларация. В основном это стандартные документы, которые оформляются при каждой сделке, - контракт, инвойс, транспортная накладная и т.д. Мы следуем этому стандарту. Но "бумажные" документы мы требуем в исключительных случаях, при электронном декларировании достаточно их электронных копий.

Но есть отдельный вид документов - документы, которые подтверждают следование запретам и ограничениям. Сейчас мы сокращаем количество таких документов, которые должны быть представлены при декларировании. Эта тенденция напрямую связана с развитием межведомственного взаимодействия. Но в целом отказаться от оформления таких документов нельзя. Этот элемент государственного контроля связан с безопасностью ввозимых товаров, выполнением международных обязательств. Система запретов и ограничений в сфере внешней торговли есть в любой стране. И одна из главных задач таможенных служб - контроль товаров, которые попадают под запреты и ограничения.

РБГ: Работают ли такие ограничения на территории Таможенного союза?

Баклаков: Разумеется, с начала 2010 года. Хочу подчеркнуть: установление запретов и ограничений - это не компетенция Таможенной службы. Мы контролируем исполнение. В каждом государстве есть ведомства, которые определяют товары, требующие особого контроля при ввозе и вывозе, а также выдают на них документы. В России таких ведомств четырнадцать.

- Они выдают свыше сорока типов документов, которые требуются по законодательству, чтобы товар пересек границу.

РБГ: Некоторые эксперты предлагают отказаться от валютного контроля на границе. Вы как к этому относитесь?

Баклаков: Мне трудно оценить вопрос, связанный с валютным регулированием, это прерогатива Минфина России. На наш взгляд, контроль за перемещением денежных средств необходим. В настоящее время состояние бизнеса в нашей стране таково, что этот вопрос не может саморегулироваться экономическими механизмами - таможенная служба фиксирует много нарушений. В предыдущие годы отмечались нарушения, связанные с вывозом капитала по поддельным таможенным декларациям. Либерализация в этой части может усилить незаконный отток капитала.

РБГ: Много ли вы фиксируете поддельных документов?

Баклаков: Только в прошлом году мы выявили семь тысяч поддельных и недействительных документов, которые участники ВЭД представили таможенным органам. Зафиксировано свыше десяти тысяч паспортов сделок, которые отсутствовали в нашей информационной системе, данные в которую в этой части поступают от банков. Как видите, факты говорят о том, что отдельные участники ВЭД продолжают пытаться обмануть государство.

Информационные технологии должны повысить эффективность контроля за счет более быстрой и точной проверки сведений и документов, а также проверки законности перемещения товара. Когда инспектор проверяет декларацию и прилагаемые документы, он пользуется информационной системой, но при этом принимает решение единолично. Мы надеемся выйти на автоматический выпуск, а инспектор будет подключаться к процессу только в случае нестандартной ситуации.

РБГ: Насколько эффективно работает система межведомственного электронного взаимодействия?

Баклаков: Пока об этом говорить рано. Во всяком случае в области запретов и ограничений. Только этой весной были подписаны соответствующие технологические карты межведомственного взаимодействия с 14 федеральными органами исполнительной власти, которые планируют в электронной форме предоставлять нам сведения о выдаваемых ими разрешительных документах.

ФТС России давно выступала с инициативой заключения межведомственных соглашений, согласно которым ведомства должны будут передавать нам информацию о соответствующих документах, которые они выдают участникам ВЭД.

В этом году благодаря поддержке правительства работа активизировалась и нам удалось согласовать документы со всеми ведомствами. В предыдущие годы мы работали с минпромторгом, Росздравнадзором. Информационные системы этих ведомств позволяли предоставлять нам необходимую информацию. Сегодня осуществляется техническая реализация принятых решений, которая должна завершиться в конце нынешнего года. Вот тогда и можно будет говорить об организации межведомственного взаимодействия как таковом.

РБГ: Какие планы в этом направлении у ФТС России?

Баклаков: Для начала надо организовать процесс так, чтобы ведомства передавали друг другу информацию. Второй момент - надо тестировать эту систему с точки зрения ее применения при таможенных процедурах. Помимо межведомственного взаимодействия мы модернизируем нашу информационную систему, чтобы она могла работать с этой информацией. После того как мы поймем, что система заработала, мы издадим правовой акт таможенной службы, где будет предусмотрен отказ от предоставления документа как на бумаге, так и в электронном виде. Пока это планируется сделать только в России, если брать в целом территорию Таможенного союза.

РБГ: А как это происходит в других странах Таможенного союза?

Баклаков: Насколько мне известно, там происходят аналогичные процессы. Но говорить о каком-то единообразном подходе пока не представляется возможным.

РБГ: Какое количество разрешительных документов на бумажном носителе выдается уполномоченными органами сегодня?

Баклаков: Всего, как уже сказано, ведомства выдают сорок типов разрешительных документов. Причем один и тот же товар при ввозе или вывозе может попадать под применение различных норм, которые ограничивают его перемещение либо оборот на российской территории.

Например, для соблюдения валютного законодательства должен быть представлен паспорт сделки. Высокотехнологичная продукция при ввозе помимо стандартного набора документов - инвойса, паспорта сделки, контракта, иных товаросопровождающих документов - должна сопровождаться сертификатом соответствия или декларацией соответствия. Если товар подлежит экспортному контролю, должны быть соответствующие лицензия или разрешения Федеральной службы по техническому и экспортному контролю.

В среднем к декларации должно прилагаться 7-8 документов. Но это общий случай, когда товар не имеет ограничений. Если товар подпадает под систему запретов и ограничений, то количество прилагаемых документов увеличивается.

РБГ: Какие мероприятия по отказу от предоставления документов в отношении паспорта сделки уже осуществлены ФТС России?

Баклаков: Мы организовали информационное взаимодействие с Банком России. Теперь в режиме on-line мы получаем информацию о паспортах сделок. Нам это позволило сделать первый шаг: мы отказались от требования предоставлять паспорт сделок при экспорте продукции, с которой не взимаются экспортные пошлины.

Внимательно анализируя текущую ситуацию, мы видим, что отказ от предоставления этой бумаги не повлиял на организацию самого валютного контроля, но он упростил жизнь участникам ВЭД, которые теперь не предоставляют паспорт сделки таможенным органам. Аналогичные мероприятия мы планируем осуществить в начале IV квартала 2012 года - отказаться от паспортов сделок в отношении всех перемещаемых товаров.

РБГ: В последнее время мы слышим, что много капиталов уходит за рубеж. Таможня может приостановить этот процесс? Путем валютного контроля?

Баклаков: Отток капитала - результат экономической ситуации, которая существует в стране. Мы действуем в рамках своих полномочий и в рамках функций, которые для нас установлены. Таможня контролирует выполнение валютного законодательства при перемещении товаров. Мы привлекаем к административной ответственности тех, кто нарушает валютное законодательство в этой части.

РБГ: Деньги в чемоданах не вывозятся?

Баклаков: Порой ввозятся и вывозятся и в чемоданах, и в рюкзаках. Произошла либерализация перемещения денежных средств физическими лицами. На сегодняшний день декларировать перемещаемые деньги должен тот гражданин, кто вывозит свыше десяти тысяч долларов. Никаких подтверждающих документов, откуда средства и с какой целью ввозятся или вывозятся, предоставлять таможенным органам сейчас не надо. Необходимо только заполнить дополнительный формуляр пассажирско-таможенной декларации, где обычно граждане указывают, что деньги предназначаются для покупки жилья. Проверять, насколько правдиво заполнено это поле, таможня не уполномочена.

В совокупности вывоз капитала физическими лицами достигает больших сумм - счет идет на десятки миллиардов рублей в эквиваленте. Есть факты, когда пассажиры декларируют по пять, семь миллионов долларов. Мы в обязательном порядке информируем о таких фактах компетентные органы, но не можем запретить перемещение денежных средств, поскольку такими полномочиями не обладаем.

Источник: Российская газета